Последнее изменение: 14 мая, 2020 в 06:19 пп


Глава 9 Странный массаж

Свет торшера и мебельных подсветок мягко освещал прибранное жилище. Не распределенные по своим местам подарки аккуратной горкой украшали угол, в котором находился большой напольный горшок с высоким фикусом.

Тихо сопел закипающий чайник. Вся обстановка его небольшой однокомнатной квартиры была пропитана теплым уютом, который женщина способна создать за один вечер в день переезда и который мужчина не сможет устроить ни за какое время.

Сергей, все ещё с некоторым недоверием всматривался в Наталью. Свадебное платье она сменила на белоснежный махровый халат с эмблемой отеля Хилтон. Её большие пухлые ножки были как всегда ухожены и приятны. Лишних волос на теле Натальи отродясь не бывало, поэтому эпиляция никогда не доставляла ей хлопот.

Наталья подошла к Сергею, присела к нему на диван и положила свою прохладную твердую ладонь на его сухой горячий лоб.

— Ну расскажи, расскажи мне, что это было? Что ты видел во сне? — Беспечно приставала она.

— Да не помню уже. — Стараясь не хмуриться отвечал Сергей.

Не пристально, но внимательно он продолжал разглядывать ее лицо, шею, руки; он слушал ее дыхание, смотрел, как приподнимается её грудь, следил за движениями её глаз. Он как будто все ещё опасался увидеть в ней признаки того адского существа. Осадок, оставленный сном, ещё немного давал о себе знать, но чем дольше Наталья была рядом, тем прекраснее он находил её и тем умиротворённее себя чувствовал. Ее большие серые глаза сияли спокойной радостью. Она мило тараторила, рассказывая о сегодняшнем, столь богатом на события дне и давала этим событиям свои незамысловатые комментарии.

Наталья вдруг умолкла, а потом нежно и вкрадчиво спросила: — Серёж, ты теперь мой?

— Твой, а чей же ещё? — Ласково ответил Сергей, взял её руку, поднес к губам и поцеловал.

— Ты так смотришь на меня сегодня. Сейчас, вечером, — пыталась объяснить она, — ты раньше так на меня никогда не смотрел… И не слушал. — Добавила она после паузы. — Почему? Это из-за свадьбы? Нам столько тостов наговорили…

— Ну ни из-за подписанного свидетельства же. — Отшучивался Сергей.

— Наташ…

— А?

— Я люблю тебя!

Наталья вспыхнула счастьем, обняла лежащего Сергея за шею, чуть не придушив его, и впилась своими губами в его губы.

— Ты первый раз сказал мне это! Ты знаешь!

Я тебя тоже люблю! Очень, очень, очень сильно люблю! Ты не представляешь! Я даже сама не понимала этого… того, как я люблю тебя. Я только теперь это поняла.

— Наташа…

Сергей целовал лицо, налегшей на него подруги, гладил её крупные сильные бедра, дышал её родным запахом, питался её любовью и дарил ей свою.

— А может ты выпить немного хочешь? — Переполняемая чувствами и желая сделать ещё что-нибудь приятное дорогому ей человеку, спросила Наталья.

— Хочу, — нежно улыбаясь отвечал Сергей, — только, если и ты со мной.

— И я, обязательно с тобой! Я всегда с тобой.

Наталья принесла ещё одну рюмку и поставила на журнальный столик рядом с бутылкой водки.

— Нет, постой. Не надо эту.

— Что выдохлась уже? — Шутя спросила Наталья.

— Давай Хеннесси откроем. Кажется, повод подходящий.

— Давай!

Наталья подошла к пирамиде подарков, взяла коробку Hennessy XO и извлекла из неё бутылку французского коньяка, купленного её тетей в дьюти фри и подаренного им на свадьбу вместе с прихваченным из отеля Хилтон в Испании, халатом.

Наталья сама открыла бутылку и выставила на кухонный стол коньячные фужеры.

Сергей не стал ждать, когда она подойдёт к нему, встал и принял из её рук бокал.

Наталья отхлебнула маленький глоток, посмаковала его, потом разом, с наслаждением, допила остаток и отломила кусочек шоколада с миндалем. Глаза её заблистали так, что Сергею под её взглядом стало жарко.

Он пил, растягивая вкус и испытывал гордость за то, что смог так осчастливить свою женщину. Он и сам заразился её настроением, от недавней его тревоги не осталось и следа.

— Неудобно в этой одежде, наверное. Переоденешься может, а я пока постель расправлю. — Голос Натальи зазвучал совсем плавно и тонко. Она дотронулась до своей груди, едва державшийся пояс развязался и концы его упали на распахнувшиеся полы халата.

Её оголённый живот и смыкающиеся почти сразу под трусиками бедра, вызвали в Сергее, перехватившее дыхание шевеление.

— У тебя месячные разве? — Спросил он, глядя на выпирающую через трусы толстую прокладку.

Наталья как будто смутилась на миг, и запахнув и завязывая халат поспешно ответила:

— А, нет. Это так. На всякий случай. Задерживаются походу.

Сергей облегчённо выдохнул и улыбнулся в бокал.

С чувством исполнения наиприятнейшей обязанности она занялась устроением брачного ложа.

Её крупные формы становились ещё более крепкими и очерченными, когда она наклонялась, оголяемые почти до верха бедра, возбуждали инстинктивное волнение, переходящее в мучительное желание, способное довести мужчину до подобострастия. Такое неистовое сексуальное желание, но без подобострастия, испытывал Сергей к Наталье в первые два месяца их знакомства.

Чисто с физиологической стороны она была альфа самкой. Альфой не в плане лидерства в группе, а в плане совершенства привлекательности и притягательности, которыми только может обладать молодая, красивая и сильная особь женского пола, наделённая спокойной уверенностью и неутомимой сексуальной энергией.

Одно лишь её имя, высвечиваемое на телефоне, приводило его пенис в состояние максимальной эрекции. Он, бывало, так и ждал её в напряжении по 30 — 40 минут, если они договаривались о встрече. Или ехал к ней сам, окрылённый предвкушением близости и не сразу выходил из машины, если кто-то мог увидеть его торчащий через спортивные штаны прибор.

Желание немного приутихло со временем, но по сегодняшний день сохранялось при нём, разве что, в менее острой форме.

Такого, явно выраженного, телесного желания, Сергей больше не испытывал ни к одной другой женщине, которых, как мы знаем, у него было не мало. И именно на этом, чистом, если так можно выразиться в этом случае, влечении держались все эти годы его отношения с Натальей.

Другой силой, удерживающей Сергея с Натальей, был её совершенно не конфликтный характер, её уступчивость, готовность принять те условия на которых Сергей мог поддерживать их связь: пусть не постоянно, но регулярно быть с ней рядом. Наталья всегда знала, что не более, чем через месяц они снова увидятся и им будет хорошо вдвоём. Если ей очень того хотелось, она могла попросить его о встрече в любой момент, не дожидаясь определенного дня и Сергей без колебаний отзывался на её приглашения. Она и просила, но пользовалась этим не часто, может быть потому, что не хотела казаться навязчивой. В этом заключался её личный житейский подход, её кроткий нрав, благодаря которому, их сексуальная жизнь, ни разу не была омрачена обидами, упреками, ревностью и поисками виноватого с чьей либо стороны. Сергей и сам не раз задумывался о женитьбе на Наталье, но опасался того, что это нарушит устоявшуюся гармонию их отношений и немного поразмыслив, прогонял от себя эти мысли, как малодушную ересь.

Таким образом, внедренная в его сознание идея о браке с ней, была не такой уж чужеродной ему, она лишь снесла некий внутренний барьер и побудила к действию в этом направлении.

Крушение этого барьера освободило сердце Сергея от цинизма и эгоизма, которые он так усердно в себе культивировал, после расставания с первой женой.

Признание в любви Наталье было совершено искренним, хотя и неожиданным для самого Сергея. Это была настоящая любовь, давно уже поселившаяся в нём, но заключённая им самим в самый потайной и отдаленный уголок его души, без права на волеизъявление. После того странного предложения руки и сердца, сделанного им Наталье, давно посеянное в нём чувство, начало прорастать. И именно сегодня, в день их свадьбы, вырвалось на поверхность и осветило обоих.

Вторую порцию коньяка Сергей налил себе сам. Ему, итак, уже было очень хорошо, не сделав глотка, он просто макнул губы в коньяк и поставил фужер на журнальный столик, снял тяготящую одежду и со сладкой ленью вытянулся на новом постельном белье.

Сергей ждал, а Наталья что-то слишком долго возилась.

— Серёж, а хочешь я тебе массаж сделаю? — Раздался её голос из ванной.

По сложившейся у них традиции, массаж всегда делал Сергей Наталье, а не наоборот. Он пару раз просил её об этом, но Наталья всё как-то увиливала. Сергей и не настаивал. Он почитал это за свою добровольную обязанность, равномерно истекающую из его уклонения от исполнений оральных ласк в пользу Натальи, на получение которых она была столь охотлива (во что изливались эти её неудовлетворенные желания мы имеем представление по случаю орального изнасилования мальчика в кальянной).  Поэтому, как бы ему не хотелось поскорее войти в неё, он с большой охотой и благодарностью согласился на её предложение, в очередной раз отметив преимущества именно семейных отношений с Натальей.

Она вышла из ванной в эротической ночной сорочке бежевого цвета, с прозрачным верхом и кружевным низом. Весь день стянутые в сложную укладку волосы и теперь распущенные, изящными локонами падали на её лицо, ставшее ещё прекраснее от света, зажжённого в ней счастья. Альфа самка являла собой всю неотразимость и великолепие природной женской красоты, облачённой в тончайшее одеяние. В ладонях Наталья разогревала ароматный крем.

Сергей блаженно растянулся на животе. Наталья придавила его, сев сверху на его бедра. Само по себе это ощущение стало новым для Сергея. Она любила быть сверху и во время их свиданий обязательно, хотя бы раз, находилась в этой позиции, но это когда он лежал на спине и когда они занимались сексом. А теперь, он лежал лицом вниз, а она сидела на нём сверху и сзади и невольно прижимала его своим весом; и от этого напряжённый член Сергея оказался не в Наталье, а крепко зажался между ним и диваном.

Её сильные ладони мягко и неторопливо разглаживали кожу, приятно скользили по ней, разносили по спине теплую целительную энергию.

Наталья лишь самую чуточку ускорила руки и волны побежали горячее и быстрее.

Это тепло проникало всё глубже: сначала под порозовевшую кожу, потом до верхних мышц, до нижних и до самых костей; пальцы с приятной болью пожимали плечи, быстро и легко пробирались вдоль позвоночника, скатывались на ягодицы, возвращались обратно и вжимались в поясницу.

Член Сергея уже давно был таким же расслабленным, как и все его остальное тело. Когда Наталья принялась массировать его ягодицы, губы Сергея свисли набок, а в их уголок набежала прозрачная слюна. Она освободила от себя его бедра и длинными движениями стала бороздить пальцами от его ягодиц до икр. От этого по ногам Сергея потекли сладкие, обездвиживающие токи. Руки её снова и снова возвращались на ягодицы, задерживались на них и в какой-то момент её средний палец мазнул кремом анус Сергея. Ему стало немного щекотно, и он издал едва слышный короткий стон. Наталья ещё раз помяла его ягодицы, как тесто, а потом вдруг немного надавила и проникла этим же пальцем внутрь. Каким бы размякшим и обессиленным не был Сергей он обеспокоенно зароптал:

— Ой, Наташа, что ты делаешь! Туда то зачем?

— Серёж, расслабься, ну что ты! Я немного зайду, совсем чуть-чуть. Для простаты твоей полезно.

— Полезно? А откуда ты знаешь? — С трудом находя силы, еле шевелил губами Сергей.

— Как откуда? Знаю и все. Я же твоя жена теперь и я о тебе забочусь. Ну кому ещё ты можешь довериться? Кого ты ещё попросишь об этом? — Мягко и ласково приговаривала Наталья, не прекращая гладить Сергея.

— Только чуть-чуть?

— Только чуть-чуть, — повторяла Наталья, сюсюкаясь с Сергеем, как с маленьким ребенком, — совсем чуть-чуть, самую капелечку. Подогни под себя коленки, Сережа. Я о тебе забочусь, ты мне здоровенький нужен. На долгие, долгие, долгие годы.

Сергей подогнул под себя колени, как просила Наталья и в некотором волнении и смущении встал перед ней в позе кошки, находясь в каком-то податливом состоянии транса и полнейшего мышечного расслабления.

Средний палец Натальи нежно покружил вокруг ануса и аккуратно раздвигая проход, снова оказался внутри, на этот раз он зашёл гораздо дальше: первые две фаланги зашли полностью, а третья на половину.

Сергей испугано запричитал:

— Ой, Наташа, Наташенька, ну что же ты со мной делаешь! Хватит пожалуйста! Я больше не хочу массаж. Хватит, прошу тебя!

— Всё мой хороший, всё уже, всё. Вот уже и выходим, не бойся, малыш. Вот ты у нас какой храбрец! Раз и готово.

Не смотря на то, что Наталья мурлыча над Сергеем объявила о завершении процедуры, палец её все ещё находился в нем, и продолжая ласково ворковать всякие нежности, она ещё несколько раз пошевелила им внутри и только потом подрагивая, медленно и осторожно стала извлекать его.

Сергей с мучительным содроганием ждал, когда это закончится и испытал необыкновенное чувство облегчения, когда крепенький, толстенький пальчик Натальи покинул его задний проход.

Он уже начал было заваливаться на бок, чтобы бросить своё, утомленное непривычной позой тело на кровать плашмя, но Наталья придержала его и попросила ещё немного задержаться в этом положении.

— Подожди, мой хороший, сейчас не надо спешить. Постой ещё так чуть-чуть. А я потом тебя сама уложу. Серёж, а ты сейчас хочешь любовью заняться?

— Ой, Наташенька, ты вот любовью говоришь… А я кажется и не в силах сейчас любовью то заниматься.

— Да не волнуйся, мой хороший, не надо тебе никаких сил тратить, я ведь сама всё сделаю, ты ж моя прелесть, сокол ты мой ясный.

— Не надо? Сама сделаешь? — Обрадовано удивлялся Сергей. — Наташ, как же я люблю тебя, как же я был не справедлив к тебе все эти годы! Прости меня, святая ты женщина!

— Ой, Серёжа, люблю я тебя, люблю! Знал бы ты как!

— Наташа, как хорошо, что ты это ты, что ты не оборотень какой-нибудь. — Сергей весь таял в умилении, не веря в своё новое счастье, новую жизнь, новую жену.

— Оборотень! — Наталья так весело повторила за Сергеем и мило прыснула смехом, что Сергею самому смешно стало от своих слов. — Да какой же я оборотень, дурачок ты мой, я же русалочка.

— Русалочка. — Расплываясь в улыбке повторил Сергей. — А я тогда принц получается?

— Принцесса ты моя!

Эти слова «принцесса ты моя» были произнесены Натальей в тот самый момент… момент, который поделил, нет разрезал, разорвал жизнь Сергея на две совершенно разные эпохи — до этого, и после… этого.

В первой эпохе жизни был один Сергей, во второй…тот же Сергей…, но это уже был другой Сергей. О первой эпохе его жизни мы уже имеем некоторое представление, о второй нам только предстоит узнать.

Так вот, в тот самый момент, когда Сергей ещё улыбался, пытаясь проникнуться шуткой насчёт «принцессы», он почувствовал, что палец Натальи мягко приложился к его анусу, ему так показалось, что это был её палец, иначе что же ещё это могло быть? Он не заподозрил в этом ничего зловещего, ему даже показалось, что она таким образом закрывает, вскрытую ею же накануне, его дырочку, то есть возвращает всё на круги своя и дело с концом. С концом то оно с концом, но вот с каким именно концом? Да разве же он мог представить себе, что-либо подобное наяву, хоть если бы ему и всю жизнь одни кошмары на эту тему снились. А между тем, Наталья покрепче взялась за его талию обеими руками, и вот тут то и зародилось в сердце Сергея ещё совсем смутное сомнение: почему она держит его обеими руками, а палец к его анусу по прежнему приставлен, и даже уже не просто приставлен, а просто таки все сильнее и сильнее давит на него.


Поделиться
Страницы ( 9 из 10 ): « Предыдущая1 ... 78 9 10Следующая »