Фемдом рассказ ужасов. Монстрофилия

размещено в: Фемдом рассказы | 0

Последнее изменение: 17 мая, 2020 в 09:00 пп


В застегнутой на нижние пуговицы белой накрахмаленной рубашке и брюках Сергей сидел на ковре, прислонясь спиной к дивану. Наталья копошилась возле горы пакетов и коробок, шуршала подарочной оберткой, что-то доставала и перекладывала. Время от времени она проходила перед Сергеем, задевая его ноги, таскающимся по полу свадебным платьем. Это пышное белое одеяние изрядно добавляло объема ее и без того крупному телу, но выглядела она в нем неотразимой.

— А чего ты туфли не снимешь? – Вяло спросил Сергей.

— Какие туфли? – Удивилась Наталья. – А, так я, как пришла сразу скинула. Вон же они валяются. Ты что! Знаешь как ноги гудят, еле до дома дошла.

Наталья приподняла платье и показала свои голые ступни. Они и впрямь выглядели сильно отекшими, к тому же на пятках и фалангах больших пальцев краснели свежие мозоли.

— Понятно. А мне с пола показалось, что ты на каблуках. – Объяснил Сергей.

— Покажется, не удивительно. Ты уже который день нашу свадьбу отмечаешь?

Когда Наталья в очередной раз прошла перед ним, Сергей снова увидел ее опухшие покрасневшие ступни. Разглядывая ее со спины, он старался понять, как она подтянула подол, чтобы он не доставал до пола. Разгадать эту загадку ему не удалось. Но более странным показалось то, что она стала выглядеть еще выше. Сергею стало не уютно на полу, он пересел на диван. Наталья, склонившись над столом пересчитывала деньги. В этой позе ее плечи выглядели особенно широкими. От натяжения ткань на спине образовала горизонтальные складки.

— Эти не трогай. – Указал Сергей, заметив, что Наталья добралась до конверта, находившегося во внутреннем кармане его пиджака.

Наталья только хмыкнула и пересчитав его деньги, добавила их к собранной пачке. Сергей крутил головой, пытаясь получше сфокусировать, размытое опьянением зрение. Ему так и не удавалось избавиться от ощущения того, что его невеста, став супругой, сразу вдруг раздалась и вширь, и ввысь.

Одна из купюр упала на пол. Наталья нагнулась чтобы поднять ее и в этот момент раздался жуткий треск: платье на ней разошлось, обнажив мышечный желоб позвоночного столба. Сергея охватила оторопь: после того, как она снова выпрямилась, из-под нижнего края ее юбки виднелись уже не только щиколотки, но и здоровенные икры.

Используя воображение, Сергей провел горизонтальную прямую, касающуюся верха Натальиной головы, чтобы понять, где была бы отметка на стене, если бы он измерял ее рост обычным способом. К его крайнему изумлению, замер показал, что Наталья едва вписывается в высоту дверного проема.

Уложив деньги в свою сумочку, она пересекла комнату.

Сергей с настороженностью наблюдал за ее действиями. Наталья достала из пакета запеченную курицу, с хрустом оторвала ножку и неожиданно бросила ее Сергею. «Хочешь?».

Жирная куриная ножка выскользнула из его рук, прокатилась по рубашке и упала на пол.

Со странным, не свойственным ей хмыкающим смехом она принялась жадно вгрызаться зубами в оставшуюся в ее руках тушку. Ошметки и быстро обгладываемые кости падали прямо под ноги.

Глядя на то, как его жена пожирает мясо, Сергею почудилось, что лицо Натальи тоже изменилось. Скулы как будто стали крупнее, подбородок ниже, а уголки нижней челюсти более резкими.

Его мозг неспокойно искал объяснение тому, что видят его глаза. Искал и не находил. Крутя ладонями, он оглядел свои руки, пошевелил ногами, осмотрел комнату. В привычных объектах окружающей обстановки он искал изменения форм, подобные тем, что он наблюдает, глядя на Наталью – это могло бы подтвердить присутствие у него галлюцинаций. Другой вопрос «чем они были вызваны?». «Кто и когда дал ему галлюциноген? Кислота? Псилоцибин?» – с этим еще предстояло разобраться. Ничего из того, на что падал его взгляд не изменилось так явно, как изменился облик его молодой жены.

— Ну ладно, корешки… Сочтемся ещё. – Мысленно грозился Сергей, подозревая всех своих товарищей в причастности к идиотской шутке, вызвавшей его нынешнее состояние. – Почему она вдруг стала великаном? В какой момент начался трип? А была ли вообще свадьба? Ведь тот факт, если это конечно факт, что я женился во второй раз, кажется не менее абсурдным, чем разгуливающая по моей квартире громадина в разорванном кукольном платье. Да, Наташка нормальная баба… была по крайней мере, красивая, что есть то есть, ровная по характеру, но это же не повод идти под венец! Выражение то какое «идти под венец». Я же после суток с ней на стену лезу, я не знаю как от нее избавиться. Она ж такая… корова она, а матка бешенная. А что, если самой свадьбы не было? Что если трип начался гораздо раньше. Да нет, бред какой-то. Я женился, потому что решил остепениться. Ну то есть, как бы для виду.  Немножко подстрою ее и нехай уют наводит.

Покончив с курицей, Наталья открыла двух с половиной литровую бутыль газировки со вкусом мандарина. «Пшик», пластиковая крышка пролетела над головой Сергея, ударилась об стену, отскочила от столика и покатилась по полу. У Натальи была маленькая слабость – она любила запускать крышечки, стреляя их пальцами.

— Кидай кидай, завтра так и так все здесь убирать будешь. – Проворчал Сергей и снова покосился на торчащие из-под платья ноги.

Наталья поднесла бутыль ко рту и необыкновенно шумно глотая, залпом выпила все два с половиной литра; замерла на пару секунд и громко и долго рыгнула.

— Господи, да что с тобой сегодня?

— Поели, попили, пора и делом заняться. – Голос Натальи раздался чуть ли не с потолка.

Это был по-прежнему ее голос, но он сильно изменился. Голос ее гудел и скрипел так, будто она всю ночь пила абсент, курила сигары и драла горло в караоке. От этого голоса Сергею стало совсем не по себе. Он звучал так четко и явно, что его мысли о галлюцинациях, которыми он себя успокаивал стали вдруг не очень убедительными. Еще больше его встревожила интонация. Наталья никогда не говорила таким тоном, даже, когда дулась. А злиться, скандалить и даже обижаться она не умела в принципе. Теперь вдруг, говоря о каком-то деле, под которым видимо подразумевался секс, а секс для Натальи являлся важнейшей составляющей ее жизни, она стала звучать жестко, требовательно и как показалось Сергею, надменно.

Левый край дивана примыкал к столику, на котором с утра осталась недобитая бутылка водки. Рядом стояла тарелка с недоеденными закусками. После сегодняшних сборов, проводов, суеты и неразберихи, такие приятные мелочи находились по всему жилищу, не исключая ванную комнату. Сергей дотянулся до бутылки. Наполняя рюмку, он перелил через край. Он уже поднес рюмку к губам, когда вдруг прямо над собой, увидел Наталью. Вернее, то, во что она превратилась. Она как-то бесшумно возникла перед ним и теперь стояла молча, глядя на него со странной ухмылкой. От неожиданности Сергей вздрогнул. Пролившаяся на грудь водка, леденящей струйкой потекла по животу. Остаток он тут же опрокинул в себя. Занюхал правой рукой, левой медленно взял бутерброд. Глаза его при этом смотрели на натянутый до предела пояс на платье Натальи. Смотреть на ее лицо ему не хотелось. Он не знал, что с ним и как это ей объяснить.

Наталья вдруг шумно как лошадь выдохнула и вскидывая руки стала набирать полную грудь воздуха, издавая при этом тяжкое протяжное сипение. От этого вдоха ее грудь неимоверно расширилась, а тело вытянулось еще выше. Вместе с резким треском, разрываемого на ней платья, в стороны полетели пуговицы и бисерные шарики. Лицо Сергея дернулось. Что-то угодило ему в щеку и неприятно укололо. Наталья резким движением сорвала с себя обрывки свадебного наряда.

Руки Сергея вместе с пустой рюмкой и бутербродом застыли у лица. Он не опускал их, возможно потому, что они были единственными предметами, которые в данную секунду связывали его с привычным миром и которыми он мог защитить себя от вторжения потусторонних сил.

Перед ним стояла его невеста, его жена, но увеличенная почти в полтора раза. Наталья не просто раздалась в ширь и выросла. Пропорции ее тела сильно изменились. Ее невообразимый объем во многом был обусловлен внезапно возросшими мышцами. Под слоем жира угадывались бугристые волокна, обладающие по всей видимостью чудовищной силой. Разорванные шелковые трусы висели на одной ноге чуть выше колена. На животе появились кубики и сам живот стал выпирать, как надувной матрас. Грудная клетка расширилась, разнеся ее женские груди далеко по сторонам: чужеродными шарами они висели на могучих грудных мышцах. Болтающиеся руки тянулись вниз под собственным весом. Она стала похожа на самку гориллы.

Сергей закрыл глаза в надежде избавиться от слишком явственного видения. Но то, что он увидел после того, как открыл их, никак не помогло развеять мрак, окутывающий его рассудок.

Из гигантских как у статуи бедер лезли волосы. Прямо на глазах у Сергея, жесткая, русая, не густая щетина удлинялась, пробиваясь через сальные железы. Некоторые волоски по мере удлинения сворачивались в колечки, некоторые загибались лишь на кончике, а некоторые оставались короткими и торчали, как шипы. Эта бурно полезшая растительность сходилась и переплеталась; как плющ поднималась все выше, разрасталась по всему телу: от бедер к животу, от живота к груди. Вдоль центра плетение сгущалось, грудные мышцы затянуло полностью, молочные железы и лицо остались безволосыми.

Рост волос прекратился, оставаясь человеческим, но в районе ее лобка происходило что-то еще и это нанесло очередной сокрушительный удар по разуму Сергея.

Вагина Натальи разъехалась вместе с увеличившимися бедрами и тазом. И это было не самое страшное. Куда более ошеломляющим оказалось то, что теперь она стала… живой. Все составляющие ее части стали подвижными. Гребешки наружных половых губ почернели, основания этих гребешков налились краснотой. Эти краски сгущались, когда половые губы раздвигались сами по себе, открывая то, что было под ними и блекли, когда зев сужался. Внутренние губы напряженно таращились: то скручивались в трубку, то раскрывались во всю ширь, а раскрываясь, извивались, как крылья электрического ската. Под верхним сводом вагины в других лепестках плоти пряталась синяя маслянистая головка размером с горошину. Сергею показалось, что эта головка видит его и даже читает его мысли. Как будто в подтверждение этому, она вдруг стала увеличиваться в размерах и к полнейшему его ужасу полезла из своего гнезда. Когда головка полностью вышла наружу, оказалось, что по размеру и форме она больше похожа не на горошину, а на сливу, просто до этого была видна лишь маленькая ее часть. Эта слива сидела на толстом отростке. Все это вместе очень напоминало змею.

Высунувшийся из своего вагинального гнезда змееподобный орган приблизился к лицу Сергея. Медленно покачиваясь из стороны в сторону, он как будто разглядывал его всей поверхностью своей безглазой головы. В основании этого органа шевелились наружные и извивались внутренние половые губы; это делало его похожим на маленького крылатого монстра. Не выдержав слепого парализующего взгляда чудовища, Сергей закрыл глаза и положил ладони на лицо. Он силился вспомнить какую-нибудь молитву, но ничего не приходило на ум; мыслями обращался к Богу, обещал начать новую жизнь; пытался считать до четырех на вдохе – он слышал, что некоторым это помогает при бэдтрипе.

Продолжая считать, не открывая глаз, он почувствовал, как рука – здоровенная лапа накрыла его голову. Длинные, твердые пальцы сжимали ее так, будто хотели оторвать его от пола, держа одной рукой за череп. Сергей ощупал, лежащую на его голове руку, чтобы убедиться в том, что она там есть на самом деле. К его несчастью, это подтвердилось. Он приоткрыл глаза и посмотрел сквозь пальцы перед собой. Все та же живая вагина извивалась перед его лицом. Изменилось только то, что вагинальный змей залез обратно и лишь слегка выглядывал из своей норы.

Вспомнив еще один метод, помогающий согнать нежелательные эффекты при употреблении всякой психоделической дури, Сергей похлопал себя по щекам.

— Помочь? – Сверху снова раздался изменённый голос Натальи.

— Что? – Переспросил Сергей, не будучи уверен в том, что он разговаривает не сам с собой и не отрывая рук от лица, поднял глаза.

Рука отпустила его голову.

— Слава богу! – Мысленно воскликнул Сергей.

Но, как оказалось напрасно. Две здоровенные ладони, одновременно, так шмякнули его по щекам, вернее по рукам, лежащим на щеках, что в ушах зазвенело, а волосы встали дыбом. Больше Сергей версию галлюцинаций не рассматривал. Этот удар необыкновенно доходчиво и ясно дал ему понять, что в данный момент он имеет дело с нечистой силой.

Толстые длинные пальцы схватили голову Сергея; они неспеша пристраивали его лицо к вагине, которая сама шевелясь и извиваясь ползла по его лицу, все сильнее и сильнее присасывалась к нему, обхватывая кожу вокруг губ и втягивала в себя его рот. Сергей чувствовал неодолимый напор, с которым эта присоска, этот мутировавший половой орган забирает его лицо и через него подчиняет себе всего его тело. Она уже так крепко прикрепила его к себе, что теперь он не смог бы от нее оторваться даже если бы руки, удерживающие его голову отпустили его. Но руки его не отпускали, напротив, сжимали так жестко, что череп его мог в любой момент треснуть.

Крайняя плоть, в которой прятался мутировавший клитор, отвердела и вытянулась, легко разомкнула губы Сергея и попыталась проникнуть в его рот, но уперлась в сжатые зубы. Не смотря на всю беспомощность своего положения Сергей мог удерживать рот закрытым. Сопротивление он оказывал не в порыве отчаянной доблести, а лишь рефлекторно: его мысли были в полнейшем хаосе и делать что-либо осознанно он был совершенно не в состоянии. Тогда присоска немного изменила свое положение: скользнула по лицу, растянулась вверх и накрыла его нос, через который он мелко и часто втягивал воздух. Оставшийся без источника кислорода мозг, тут же дал команду и рот Сергея открылся. Твердые стенки крайней плоти воспользовались этим и проникнув за его зубы образовали распорку, не позволяющую его челюстям сомкнуться вновь. Из этой вставленной в его рот трубки полез клитор – мутант, псевдопенис – тот самый змий с головкой похожей на сливу. Он вошел в рот Сергея и как будто осматриваясь там, начал обшаривать ротовую полость, задевая то нёбо, то щеки, то продвигаясь в самое горло. В ту же минуту, добившаяся своего вагина освободила его нос, и Сергей задышал жадно, болезненно, конвульсивно втягивая воздух. Непрекращающийся ужас рвал на части его тело и разум. В бессмысленной попытке отстраниться от демона он коснулся руками бедер Натальи, но тут же одернул их — столь непривычные ощущения на ладонях вызвал бурный волосяной ковер, покрывающий каменные мышцы. Впрочем, через пару секунд он снова положил руки на её бедра: что ещё ему оставалось делать и как еще он мог выразить мольбу о пощаде?

Уже совсем не отдавая себе отчёта, Сергей обнял оборотня во весь обхват. Объём её возросших бедер оказался настолько значительным, что его пальцы не доставали друг до друга. Клитор заходил у него во рту совершая поступательные движения. Каждый раз при входе, головка немного касалась его языка. Ладони Сергея лежали на волосатых ягодицах Натальи и чувствовали, как те сокращаются и становятся твёрдыми как камень, когда клитор входит в его рот. В то же время присоска, обхватившая рот, втягивала его лицо навстречу клитору, отчего голова его постоянно дергалась, тыкаясь внутрь вагины. Роящиеся в этой голове мысли от такой тряски совсем запутались, и он вообще перестал о чем-либо думать. Сергей лишь иногда чувствовал, как подкатывает тошнота, но до рвоты не доходило. Если бы это произошло он бы захлебнулся.

Он уже забыл, как и когда всё это началось. Ему казалось, что прошло несколько часов, хотя на самом деле, его рот коснулся вагины четыре минуты назад. Он догадывался, что находится у себя дома, но не знал кто с ним.

Вагина ускорялась. Клитор влетал в его рот, как язык собаки, жадно пьющей воду. Сергей думал о смерти. К Наталье подступал оргазм.

Через несколько секунд вагина выплюнула его лицо. Сергей как будто проснулся. Прямо перед собой он увидел торчащий на двадцатисантиметровой ножке и дрожащий от напряжения орган. Отпустивший было ужас снова сцепил Сергея. Исподлобья он поднял боязливый взгляд на её лицо. Наталья стояла перед ним с повисшими в блаженстве веками и все также насмешливо улыбалась.

Глаза ее блеснули и в то же мгновение он услышал у себя в голове её голос.

— Стели.

Сергей был уверен, что её губы даже не шевельнулись, но голос был так явно услышан, что он тут же зашевелился, понимая, что сейчас должен делать, измученно поднялся с дивана и принялся раскладывать его. Двигаясь, как в тумане, Сергей расстелил постель и с обречённым безволием посмотрел на оборотня, спрашивая дальнейших указаний.

— Сними. — Снова немая команда прозвучала у него в голове.

Сергей разделся до гола, и как-то понимая, что нужно делать дальше, лег на спину, на расстеленную им постель.

Оборотень некоторое время разглядывал его, как разглядывают поданное к столу украшенное блюдо, перед тем как нарушить его оформление и начать поедать. Потом степенно уселся на Сергея, вдавив его в диван так, что тот копчиком почувствовал твердый мебельный каркас. Псевдопенис оборотня к этому времени уже успокоился и почти скрылся в своем гнезде. Небольшая часть клитора выглядывала из-под обмякшей крайней плоти.

Вагина зашевелила всеми губами и на этот раз принялась втягивать в себя безжизненно лежащий половой орган Сергея. Массируя и всасывая его, она быстро привела его в эрегированное состояние и продолжая двигаться сама по себе, приступила к половому акту. Бедра лишь немного помогали вагине и скорее даже не помогали, а просто двигались с ней в такт для большего удовольствия зверя.

Наталья ещё раз кончила сидя верхом. Она откинулась назад и упёрлась своими лапами в его щиколотки, больно сжимая их. Ее вагина беспрестанно извивалась и скользила вокруг члена, клитор-мутант прижимался к нему. Распятый под ней Сергей смиренно лежал в ожидании своей дальнейшей участи, не испытывая ничего кроме тихого ужаса.

В какой-то момент он забылся, а когда опомнился, обнаружил себя лежащим на животе. Оборотень ворочался сидя на его ногах и шумно дышал, выпуская потоки теплого воздуха ему в затылок. Но вот, зверь привстал, ноги Сергея освободились; воспользовавшись этим, Сергей сразу, не оборачиваясь, пополз вперёд и стал карабкаться наверх по спинке дивана, но тут произошло неожиданное обстоятельство: две здоровые лапы подхватили его за бока и потянули обратно. Сергей вдруг почувствовал, что упёрся во что-то задом: стоящий колом фаллосообразный клитор оборотня оказался приставленным к его дрожащему анусу. Скользкая теплая головка мгновенно проникла в задний проход, следом за ней и все остальное тело змия стремительно ворвалось внутрь. В одну секунду он оказался до упора посаженным на шевелящийся псевдопенис, а его ягодицы прижались к колючей растительности.

Сергей сначала взвизгнул, замолчал секунд на семь, а потом, собравшись всем своим духом, заорал во всё горло: — Ааааа!

— Что такое, Серж? — Услышал он мягкий заботливый голос Натальи. — Кошмар приснился? Ты так жалобно простонал во сне.

Сергей понемногу начал приходить в себя. Он лежал, поджав ноги на собранном диване в белой свадебной рубашке и брюках, с валиком под головой. У изголовья на журнальном столике стояла початая бутылка водки, рядом на блюдце лежала запечённая куриная ножка, нетронутая. Сергей двинулся и вдруг в его анусе взвыла тупая боль; он совсем побелел, но уже в следующий момент понял, что ничего неприятного не чувствует и что эта фантомная боль досталась ему в довесок к кошмарному сновидению.



Поделиться
  •  
  •  
  •  

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.