Последнее изменение: 17 сентября, 2020 в 02:54 пп


Глава 17. Трудный клиент

Обе створки люкса распахнулись. У Ивана перехватило дух. Для Ивана терять дар речи при виде Симоны вошло в традицию. И на этот раз она шокировала его своим внешним видом. На ней было полупрозрачное чёрное платье, едва прикрывающее кружевные трусы кораллового цвета и лаковые лабутены. Изменилась и прическа — виски коротко подстрижены, зона длинных волос подчеркнута тонкой выбритой линией, хвост на голове собран в тугой аккуратный пучок. Весь ее новый облик, вкупе с самодовольным и повелительным выражением лица, походкой и осанкой, говорили о том, что настроение у нее празднично-боевое и она решительно настроена получить от Ивана, причитающуюся ей долю орального секса.

Симона царственно развалилась в массивном темно-коричневом кресле, закинув ногу на подлокотник и заполнив собой место, на котором легко могли бы уместиться две стройные девушки. За время пребывания в игре ее и без того немалый вес увеличился килограмм на 20. Но если раньше бугры ее мышц, отличались хорошей рельефностью, то теперь они налились водой и сгладились стремительно набравшимся жирком, что сильно увеличило их в объеме.

Кроме того, зрительно, полноту ей добавляли отросшие на теле волосы. От щиколоток до пояса, ее ноги, как будто были одеты в густую поросль белых кудряшек, а на предплечьях, из таких же кудряшек, образовались нарукавники. За время игры, Симона не разу не удаляла растительность на теле и теперь даже ее тупые квадратные коленки, были покрыты бараньей шапочкой. Особенно густо волосы росли на внутренней части бедер, а уж ее меху в паховой области могли бы позавидовать английские овцы короткошерстных пород. Симона качнула ногой, закинутой на подлокотник. Ступня с висящей на ней туфлей описала несколько круговых движений. Кресло глухо хрустнуло.

— Хочешь новость? Не знаю ты в курсе или нет, та закрытая дверь в лобби, помнишь? Так вот, она открылась. И как думаешь, что за ней?

— Что?!

— Теперь у нас есть фитнес зал и сауна. Там же салон красоты. Тебе кстати тоже подстричься пора уже. К Анне обратись, это она меня так… — Симона провела пальцами по виску.

— А когда это произошло? Открылась в смысле?

— Да вот, как Анна тебя чпокнула, так и открылась. Она говорит ты вообще языком чудеса вытворяешь. Так нахваливала, так хлопотала за тебя. Я аж разволновалась… Готовилась, собиралась. Тебе не кажется, что мне надо сбросить пару лишних кило?

— Ну если только пару, – дипломатично ответил Иван и поколебавшись добавил, — а ты не будешь ноги брить?

— Так, а зачем? – Искренне удивилась Симона. – Мы же одни здесь. Ладно, давай показывай, чему научился! Сегодня три раза хватит с тебя, думаю, по одному разу в каждой позе. А в следующий раз уже по полной программе отрабатывать будешь. Понятно?

— Да… — Еле слышно ответил Иван.

— Ну и что стоим? Иди ко мне, мачо! – сказала Симона, снимая трусы. – А, чуть не забыла, Анна сказала тебе глаза завязывать надо, принеси-ка какую-нибудь тряпку.

— Не надо, я сам. – Задумчиво сказал Иван.

Он подошел к Симоне, стараясь не смотреть под ее платье. Встал на колени, закрыл глаза и вытянул шею. Волосы на ее ляжках задели его лицо, и он отпрянул назад.

Иван приступил ко второй попытке и почувствовал, как рука Симоны легла ему на затылок. Она не грубо, но твердо притянула его к себе, направляя в нужное место. Иван почувствовал, как его лицо окунулось в колючую гущу со специфическим запахом. Он сморщился и высунул язык. Их губы соединились.

Симона откинулась на кресло и запустила пальцы в шевелюру Ивана. Иван, непроизвольно халтуря, оторвался от ее промежности, подставляя голову под массирующую его руку. Не ощущая в себе языка, Симона посмотрела вниз и немилосердным тычком вернула его зажмуренную, сморщенную физиономию обратно в свою вагину. Продолжая наблюдать за ним, она немного ослабила давление и увидела, что эта идиотская гримаса с высунутым языком, снова вылезает из ее чащи. Беззвучно трясясь от смеха, Симона еще раз повторила эксперимент.

— Так конечно можно целый день забавляться, без принуждения не обойтись. — Подумала Симона и грубо схватив его голову обеими руками, беспощадно вдавила в себя. Не в силах более сдерживаться, она захохотала во весь голос, да еще и забывшись от смеха, шлепнула увесистой ладонью Ивана по темечку. От чего у того в зажмуренных глазах полетели искры и выступили слезы, которые тут же смешались, с прыснувшей ему в лицо, струйкой мочи.

Уши Ивана трещали под державшими его ладонями. Симона выпускала из себя остатки смеха. Наконец собравшись, чтобы помочь Ивану сделать его работу, она стала быстро и резко дергать на себя его голову, подмахивая своим телом. Не прошло и минуты, как Симона почувствовала приближение оргазма. Ее спина сползла на сиденье, голова запрокинулась на подлокотник. Издав несколько отрывистых вздохов, она вскинула напряженные ноги вверх и скрестив их бросила Ивану на спину. Одна из туфель слетела и стукнув каблуком по копчику Ивана, скатилась вниз. Левая рука Симоны вцепилась в обивку, правая сгребла в кулак волосы на его голове, стиснутой в сильнейших объятиях стальных бедер.

Иван понял, что это конец. Он и раньше подозревал Симону в том, что во время секса она пытается убить его, но в душе сомневался, что она способна на это по-настоящему. Теперь он был уверен — в этот раз живым ему не выбраться. Вопрос был только в том, расколет ли она его череп или оторвет голову от туловища. Он чувствовал себя, заключённым в гильотину, нож которой не отрубает голову разом, а медленно и неумолимо опускается, разрывая волокна шеи тупым лезвием.

В данной ситуации простое удушение казалось Ивану последним подарком судьбы. Пережатые артерии больше не подавали кислород, через носоглотку воздух тоже не поступал. Уже переставая чувствовать боль, он услышал звериный крик Симоны. Вибрации ее голоса, передаваясь по телу, через ноги, достигали его головы. Она истошно орала.

Когда звук начал стихать, он почувствовал, что давление стало ослабевать. «Это смерть.» — Пронеслось у него в голове.

На мгновенье Ивану показалось, что его нос втягивает тонкую струйку воздуха, просочившеюся через заросли лобковых волос. Это ослабление продолжалось несколько секунд, но потом ляжки Симоны снова сжались в смертельной хватке. И снова раздался дикий крик. Этот цикл повторялся опять и опять в течении минут четырех, которые Ивану показались вечностью. «Долгая, долгая мучительная казнь» — как заевшая пластинка, эти слова звучали у него в голове.  С каждым новым циклом давление становилось слабее, а крики Симоны тише. У Ивана появилась тусклая надежда выжить.

Стоя на коленях, с головой, зажатой в чудовищных животных тисках, Иван молил Бога только об одном – дать ему еще один шанс, чтобы он мог принять меры для своего спасения. В его, лишенных кислорода мозгах, созревал безумный план.

Когда все это началось, Анна, услышав нечеловеческие крики, не удержалась и приоткрыв дверь, заглянула в номер. Поскольку голов обоих не было видно, она не сразу поняла, что происходит. Издалека ей показалось, что Иван каким-то образом засунул голову в задницу неизвестного животного и застрял там, а животное ревёт от боли, пытаясь выдавить его из себя. Но разобравшись, в чем там дело, она ухмыльнулась и тихо закрыла дверь.


Поделиться
Страницы ( 5 из 15 ): « Предыдущая1 ... 34 5 67 ... 15Следующая »