Последнее изменение: 17 сентября, 2020 в 02:54 пп


Глава 19. Игра в игре

Следующим утром обновленная и похорошевшая Симона пришла к Ивану с пирожным в виде сердечка и чашкой капучино.

— С добрым утром! Это тебе. – Симона поставила поднос на кофейный столик. — Ты вчера так возился со мной, а я напачкала тут у тебя и не убралась даже.

— Спасибо… а ты…

— Ну все, я побежала, хорошего дня! — Симона чмокнула Ивана в губы.

Какое-то время, опустив челюсть, он смотрел на закрывшуюся за ней дверь.

Когда пришла Анна, нетронутое пирожное так и стояло на столике, кофе уже остыл, а щеки Ивана еще горели.

— Вау! Это мне?!

Пока Иван думал, что ответить, Анна откусила половину пирожного и села на диван.

— Это… Симона приходила… Она принесла.

— О! Ни фига себе! – С набитым ртом воскликнула Анна. – Может я не вовремя? Давай я потом… — Вставая предложила она.

— Нет, нет сиди! У меня тоже для тебя есть…

Иван встал перед Анной на колени, раздвинул ей ноги и бесстрашно окунулся внутрь. Крупный кусочек выпал у нее изо рта.

Вкладывая всю душу в кончик своего языка Иван самоотверженно вылизывал каждый ее уголок. Не в силах передать языком всю безмерную признательность перед ней, в перерывах он подносил Анне напитки, делал массаж и восхищался ее пополневшими бедрами, уговаривая не худеть. Он даже пронес ее на руках от дивана до кровати, правда сбил дыхание и потянул мышцу.

После десятого акта, Анна начала умолять Ивана остановиться. Совершенно опьяневшая от оргазмов и внимания она вышла из апартаментов, не соображая куда идти.

На следующий день, Иван с утра, как морально, так и физически, подготовился к визиту Симоны. Он умылся, позавтракал, сделал разминку и накрыл кофейный столик. В этот раз она не должна была застать его врасплох. Но что-то пошло не так.

Симона ворвалась в номер, как спецназовец, штурмующий логово террористов. Одета она была соответствующе: серая майка в готическом стиле; кожаные шорты с молнией сзади; чулки с подтяжками и высокие берцы.

От вчерашнего благодушного настроения не осталось и следа. Симона была явно на взводе.

— Привет. Сегодня будем играть в ролевые игры. Что скучать то просто так. Ты любишь ролевые игры? Сиди. Не вставай. – Симона толкнула, приподнявшегося ей на встречу Ивана.

— Как это – ролевые игры? – Почувствовав что-то не доброе спросил Иван.

— Да вот так! – Симона, выбросив из-за спины ладонь, всадила Ивану оглушительную оплеуху.

Вслед за туловищем голова Ивана плюхнулась на кожаный диван и подпрыгнув на месте легла в нокдаун.

— Ничего не хочешь мне рассказать?

— Анна, Анна, — запрыгали мысли в голове у Ивана, — как же так? Зачем ты проболталась!

Упираясь рукой в проваливающуюся обивку, он вернулся в сидячее положение.

— Выслушай пожалуйста, я сейчас все объясню…

Другая ладонь отправила Ивана полежать на диване на другом боку.

Закрываясь от ударов, Иван сполз на пол и что есть сил, обхватил ноги Симоны.

— Прости меня пожалуйста, прости, Симона! Я сам не понимаю, как так произошло. Я так сожалею об этом!

Такого немедленного и театрального раскаяния Симона явно не ожидала.

— Не долго тебе сожалеть осталось! – Сказала она, сбавляя обороты.

— Я к нему со всей душой, а он вместо того, чтобы манду лизать, засосы на пол шеи ей поставил. А мне что наговорил? «Это лучшее что у меня было в жизни… Бла-бла-бла».

Иван выдохнул, отпуская ноги Симоны. И тут же удар ботинком в живот согнул его пополам.

— Все, в расчете. Ты мне сделал больно, и я тебе.

— Я это заслужил, все правильно. – С трудом выдавливая слова, просипел Иван.

— Ладно давай помогу.

Симона помогла Ивану сесть на диван, где он продолжил корчиться. Она почувствовала нарастающее сексуальное возбуждение и кажется страдания Ивана имели к этому отношение.

— Но играть все равно сегодня будем. Я же не зря так вырядилась.

— Играть? – Удивился Иван. – Как еще играть?

— Да вот так же, — две быстрые пощечины, одна за другой, хлестанули по опухающему лицу Ивана, — ты что, совсем тупой!

Воздух резанул звук расстегивающейся молнии. Железная рука уложила голову Ивана на сиденье, заставляя его тело убраться вниз в очень неудобную позу. Безжалостная масса всем своим весом села ему на лицо.

Через минуту Симона сжималась в экстазе, глуша вырывающийся крик об закругленный верхний край спинки.

— Сними с меня ботинки. Надоели. Это тоже можешь снять, жарко в них. – Распорядилась Симона, указывая на чулки. — И виски принеси сначала. Бутылку.

Симона сгребла из конфетницы горсть Рафаэлло, положила их рядом с собой на диван и вытянула одну ногу. Потягивая виски, она смотрела, как Иван корячится, пытаясь снять с нее ботинок.

— Поцелуй его сначала, может потом получится. – Посоветовала она Ивану.

— Это игра? — Иван недоверчиво посмотрел на нее.

Симона прыснула со смеху.

— Нет, бля, по-настоящему.

Иван, придерживая ботинок двумя руками, чтобы он случайно не отлетел ему по зубам, поцеловал холодную кожу. Симона расслабила ступню и ему удалось стащить его. Зная правильный подход, со вторым ботинком он справился гораздо быстрее.

— Смотри не порви, а то в рот тебе их затолкаю. – Предупредила Симона, когда Иван потянулся к ее чулкам.

Он деликатно принялся стягивать с ее бедра натянутый до предела материал. Избавляясь от теснящей ткани, кудряшки на ее ногах дружно расправлялись, приветливо кивая Ивану.

— Ноги затекли. Об тебя еще пальцы ударила. Соси теперь их. – Симона пошевелила пальцами ног.

— А разве так можно? – Исподлобья промычал Иван.

— Тебе можно. Давай соси быстрее, а то сама тебе ногу в рот забью по колено, потом будешь хныкать лежать.

Иван склонился к стоящей на пятке толстой ступне и заботливо взявшись за нее руками, одел свой рот на большой палец ее ноги. Запах новых ботинок полез в ноздри. Расплываясь в удовлетворении, Симона сделала большой глоток, откинула голову и положила руку себе между ног.

Ее ступни стали мягкими и теплыми. Заметив это, Иван почувствовал воодушевление и гордость за свое умение. Он уже почти закончил со второй, когда Симона прервала его, толкнув в лоб свободной ногой.

— Хватит, иди сюда.

Она раздвинула ноги…

Эта ролевая игра в игре продолжалась до самого вечера. Симона, не расставаясь с бутылкой, придумывала Ивану различные задания, после которых она, сгорая от нетерпения, пересаживалась на его лицо, для выполнения основной миссии.

Не все что требовала от него Симона, у Ивана получалось сделать с первого раза и как она того хотела. Под конец десятого акта Иван выглядел, так, будто его принесли с боксерского ринга.

— Из номера не выходи. Анну испугаешь. – Приказала Симона перед уходом.

— Я хочу есть. Только мне жевать тяжело будет. – Давил на жалость Иван.

— Сиди здесь. Я сама принесу.

Симона вышла. Уставший ждать этого момента, Иван, сразу рванул к заветной коробочке с целебными снадобьями. Но вместо избавления от боли, его ожидала горькая досада. Ни на своем месте в тайнике, ни в соседних ящиках коробки не оказалось. Без особых надежд он немного пошарил по шкафчикам. Ничего не найдя, замученный и обессилевший, Иван налил себе водки. С трудом влив алкоголь в разбитый рот, он закусил конфетой, брошенной ему Симоной, после выполнения одного из ее издевательских указаний. Скоро после этого появилась и она сама.

Симона принесла суп-пюре из чечевицы и холодец.

— Измучила я тебя сегодня. Но ты сам виноват, понимаешь да?

Иван послушно закивал.

— Хочешь я покормлю тебя?

Опасаясь очередного подвоха, он испуганно замотал головой.

— А я все равно покормлю. Да не бойся ты.

— Больше не играем? – С опаской спросил Иван.

— Больше не играем, — подтвердила Симона, — потом, в другой раз, как-нибудь. Будет еще у нас время. Иди ко мне, золотой.

Симона, с материнской заботой, ложечку за ложечкой, скормила Ивану весь суп, не забывая вытирать ему рот салфеткой. Настроение у Ивана улучшилось, он расчувствовался и решился поговорить.

— Симона, у меня к тебе есть небольшая просьба.

— Да, мой хороший, чем я могу тебе помочь?

— А хотел тебя попросить… я не хочу больше играть в такие игры. Мне очень плохо от них и болит все…

— Ну ладно, как хочешь. – Со странной легкостью согласилась Симона. – Просто мне иногда помучить тебя так хочется. Это же не смертельно. Тем более видишь, как тут заживает все быстро. Завтра проснешься и с Анной своей любимой, свежий, как огурчик встретишься. Хочешь с Анной встретиться, поцеловаться?

Иван, понял, что разговор уходит в крайне опасное русло.

— Нет. Не хочу. Я не хочу целовать Анну. – Произнес Иван, как можно тщательнее стараясь выговаривать слова, с трудом ворочая многострадальным языком и еле шевеля опухшими губами.

— Нет? – С удивленной улыбкой спросила Симона. – А кого хочешь поцеловать?

— Тебя хочу, только тебя.

Иван взял ее руку и трепетно приложился к ней губами.

— Ну так целуй, кто тебе запрещает. — Эти слова, как показалось Ивану, прозвучали несколько зловеще.

Иван обнял ее ногу и стал целовать со всех сторон, стараясь не упустить ни одного сантиметра, гладил ее, терся щекой, пятясь назад, опускался все ниже. Бережно, как самое святое, взял в руки хозяйскую ступню и с собачьей преданностью стал жадно лобызать ее.

— Вот видишь, Ваня, какой ты хороший, покладистый. А если я тебя не буду наказывать, учить не буду, в кого ты превратишься? – Говорила Симона теребя его волосы. – Тебя такие как Анна быстро под себя подомнут и веревки вить будут. А я хоть и не сюсюкаюсь лишний раз, зато не дам тебе испортиться. Иди ко мне. Целуй, как ты Анну целовал.

Иван осторожно приподнялся с колен и присел на краешек дивана. Симона легла на спину, положив его голову себе живот. Иван, усердно расцеловал все, что было выше пояса. Особое внимание уделил каждой груди. Добрался до шеи и не без страха оставил там несколько отметин. Вдыхая одуряющий аромат, выпитого алкоголя, он уже тянулся к ее губам. В этот момент, разнеженная Симона, как будто опомнившись от наваждения, остановила его.

— Ну все… Вижу, что ты стараешься. Теперь можешь отдохнуть. А послезавтра принесешь мне в комнату завтрак, в восемь, допустим, и сразу приступай к своему делу. Вот и разбудишь меня заодно. Договорились?

— Да, конечно! Спасибо, что дала мне второй шанс! Я обещаю, что больше не разочарую тебя!

— Теперь ты без меня никуда, Ваня. И смотри там с Анной аккуратнее, не расстраивай меня.

Симона вышла, прихватив, стоявшую на столе, водку. Иван проводил взглядом бутылку и издал умирающий стон.

В его голове одна за другой прокручивались сцены, перенесенных им за сегодняшний день тяжких испытаний. Он хотел бы забыть о них раз и на всегда, но, въевшийся в лицо, запах Симоны и глухая боль не давали мыслям успокоиться.

Увидев Анну, он сначала подумал, что пролежал всю ночь в полудреме. Поняв, что вечер еще не закончился, Иван всполошился:

— Не подходи, прошу тебя. Нас не должны видеть вместе.

— Кто не должен? Что ты такое говоришь? — Анна взволнованно подошла к Ивану, не обращая внимания на его протест. — Господи! Что с твоим лицом?

— Симона играла со мной в свои игры. Она была зла из-за того, что я оставил у тебя на шее засос.

— Да какой еще засос! Не было у меня никаких засосов! Постой, она что, взяла тебя на понт?

— Я сначала подумал, что ты ей все рассказала про героин. Оказалось, другое…

— Сейчас же пойду с ней поговорю!

— Неет! — Закашлявшись просипел Иван. — Не вздумай! Хватит с меня на сегодня. Мне нужно заснуть, а я не могу. Ты не знаешь где шкатулка?

— Так… я ее конфисковала у тебя… – Растерянно сказала Анна.

— А ты точно уверенна, что она нормальная?

— Ну… может быть, я ее не очень хорошо знаю…

— Может быть…

— Подожди, не уходи никуда, я сейчас приду.

Анна вернулась со стаканом теплого чая с мятой.

Погружаясь в красочное беспамятство, Иван думал только о том, каким чудодейственным может оказаться обычный напиток, если в него подмешать чуточку любви.

День свидания с Анной прошел, как всегда душевно и дружелюбно.


Поделиться
Страницы ( 7 из 15 ): « Предыдущая1 ... 56 7 89 ... 15Следующая »